Режиссура Виталия Барковского — особое, самостоятельное явление в театральном пространстве Беларуси. Его творчество лежит в русле эстетики постмодернизма, а поиски новых средств театральной выразительности позволяют назвать его режиссёром-экспериментатором.
В Национальный академический драматический театр им. Якуба Коласа в городе Витебске Виталий Барковский пришёл, имея за плечами огромный опыт экспериментальной работы в студийных театрах. Во второй половине 1980-х начале 1990-х годов это было совместное с Николаем Труханом руководство знаковым для Беларуси театром-студией «ДЗЕ-Я?», существовавшим наряду с десятком подобных экспериментальных студий. Затем собственная театральная мастерская «Акт», где В. Барковский выкристаллизовывал свою режиссёрскую манеру: отрицание сюжета, замедленность действия, мотивы сна и подсознания, эксперименты с ритмом и манерой речи, шокирующие костюмы, а точнее почти полное их отсутствие. Сетки, одетые на голое тело, стали своеобразной униформой актёров студии.
С таким творческим багажом в конце 1990-х годов пришёл Виталий Барковский в академический театр. Его новые постановки в Витебске не были столь жёсткими, как работы предыдущего, сугубо экспериментального периода. Неклассическими — да, странными — да, пронизанными тоской и иронией, овеянными художественно-поэтической атмосферой Витебска начала 1920-х годов — да. И город принял режиссёра, постепенно привыкая к совершенно новой для себя театральной форме: спектаклям, лишённым ярко выраженной сюжетной линии и героев-характеров-амплуа, художественная структура которых выстраивалась по принципу синтетического театра, с ярко выраженной пластической доминантой, где расположение фигур-персонажей, направление линий и диагоналей создавали определённый энергетический и смысловой посыл.
При новом главном режиссёре репертуар театра оставался достаточно разнообразным: от национального раритета начала 1940-х годов «Нестерка» до переломного для всего творческого коллектива спектакля «Шагал...Шагал», с принципиально новым для этого театра способом существования актёров на сцене. В нем В. Барковскому удалось добиться не только своеобразного погружения актёров в энергетическое поле спектакля, но и эффекта донасыщения и развития этого поля своим собственным, личностно-актёрским энергетическом зарядом. Белорусский театровед Т. Котович справедливо определяет эту работу и в целом режиссуру В. Барковского как «театр подсознания и театр ритуального действия». В 1999 году спектакль был удостоен Гран-при Эдинбургского фестиваля, впоследствии принимал участие и получил множество всевозможных наград театральных фестивалей в Беларуси, Польше, Украине и других европейских странах. Среди многочисленных постановок В. Барковского также можно отметить спектакль «Земля», созданный по мотивам произведений классика белорусской литературы Я. Коласа, где подтверждается манера режиссёра: использование пластики, как основной формы выразительности, уход от характерности к архетипичности, создание на сцене ритуальности, космичности действия. Интересна, насыщенная символами, постановка «Прикоснуться устами до небёс», по пьесе Т. Уильямса, которую Виталий Барковский вместе с актёрами театра репетировали по ночам на лестнице в главном фойе театра. Здесь и зародился главный символ спектакля: те самые ступеньки, по которым приходили и уходили, на которые взбирались и с которых падали герои постановки.
