“Белорусская тезка кэрролловского героя своими постановками создает на сцене настоящую страну чудес; актеры не произносят ни одного слова, но своими движениями рассказывают целую историю” – так говорят критики о молодом, но очень перспективном явлении минской театральной сцены, театре «Бармаглот».
Театр, за недолгую историю своего существования, успел уже неоднократно засветиться на самых престижных площадках столицы, а также принять участие в известных международных фестивалях в Беларуси и зарубежом.
О том, как все начиналось, чем живет театр сейчас, и что ждет зрителя в будущем, мы поговорили с режиссером Алисой Илюшиной.

Комментарий (0) Подробнее...

Вчера встречались с Леной Мальчевской сразу после ее работы. Уже ехали домой, когда узнали. Невозможно об этом не думать, не чувствовать ничего. Но важность того, чем занимаешься, ценность определяется именно в такие дни, после таких событий. Не фигнёй ли я страдаю, занимаясь театром? Мне кажется, что нет. Будьте тверды и мужественны.

Комментарий (0)

Подбор вопросов в опросе "Что должно продаваться в буфете театра" такой же удручающий, как и сами буфеты в наших театрах. Хотел ответить, да отвечать не на что...

Как и сами вопросы, буфеты наших театров отдают "помидорами и яйцами" в полном смысле этого слова. Уровень а ля советик, даже в "отреставрированном" оперном тебе могут налить сок, не говоря уже о вине, в пластиковый стаканчик, как на вокзале или в дешевой забегаловке,

кофе тоже могут налить в пластик, не забудьте про толпы, ленность обслуживания и ассортимент. 

Комментарий (2) Подробнее...

Про то, что в рамках спецпрограммы прошла встреча с художником и дизайнером Владимиром Цеслером уже написали. Расскажу, почему она была интересная.
Всем, кто пришел, посчастливилось не просто увидеть остроумные работы художника в большом количестве, но и послушать не менее остроумные и веселые авторские комментарии и истории создания этих работ, из которых, как заметил Николай Пинигин, можно составить книгу.
Цеслер рассказывал про свою знакомую, которая кирпичом разбила стекло в машине американского посла, про то, что в перестроечные времена было легче найти для съемки взрыватель от гранаты, чем обыкновенный лимон. И еще много всяческих интересностей.
В общем, завидуйте, кто не пришел.

Комментарий (0)

Ирина Ануфриева выписывала своим телом иероглифы в воздухе, бросая себя и простирая по красной дорожке минского Дворца искусств. Она смогла подчинить себе пространство между ней и стоящей в удалении публикой, несколько оторопевшей. Трёхмерный «Красный танец» свершался в плоскости простирания, плоскости жеста и плоскости ириного тела.

Я была заворожена тем, насколько совершенно она движется. Её мышцы были натянуты до предела, прочными нитями проходя от сильных натренированных рук к ключице и совершенной груди. Ира была нагой, бёдра и ягодицы обтягивала полоска красной материи — тугие плавки, но её нагота не была кричащей, всего лишь функциональной. Ире удалось превзойти телесность, сделав тело, к которому позволено притронуться только женщине, инструментом экспрессии. Она ползла, она билась в судорогах, она рождалась и умирала.
Это было действо в себе, в нём было ровно столько же отвращения и крика, сколько восторга и гибкости. Её выход был метафорой жизненного цикла, от рождения к угасанию, смерти и новому рождению — через муки, преодоление и боль. Её горло издавало сдавленный крик, переходящий в сопрано, а движения мимических мышц лица вторило движениям тела.

Пина Бауш, знаменитая женщина-хореограф, которая умерла в июне этого года, говорила: «Меня не интересует, как люди двигаются, меня интересует, что ими движет». Ирине в лаконичном «Красном танце» удалось переработать символику и традиции буто, чтобы дать духовное выражение своей телесности и сексуальности.
Ольга Мартыненко

Комментарий (0)